Боязнь неопределённости и страх отстать — о чём мы тревожимся в старости?

Редко можно встретить человека, который по-настоящему не боится стареть. Все мы так или иначе испытываем тревогу, вступая в зрелый возраст. Что дальше? Только немощь, болезни, одиночество? Или все же нас ждут новые радости и возможности? Книга Юлии Жемчужниковой «Достоинство возраста» поможет читателям нащупать истинный философский смысл старости, увидеть перспективы и обрести важные смыслы, осознание которых становится доступно людям только после определенного возраста.

Автор рассуждает о многих необоснованных тревогах взросления, которые способны изрядно испортить нам жизнь. Две из них, боязнь неопределенности и страх отстать, мы рассмотрим подробнее.

Страх неопределенности

Хотя скорее это обычно тревога.

Для иллюстрации: когда-нибудь возили собаку или кошку в самолете? Да просто вспомните зверя или птицу, попавших в ненормальные и непонятные для них условия. Тут мы можем обнаружить один из аспектов нашего эволюционировавшего разума. Мы умеем справляться с тревогой. И главный инструмент (думаю, чисто человеческий) — планирование. Причем планирование во времени. Человек успокаивает себя в самолете, поглядывая на часы.

Мне как-то пришлось поучаствовать в вынужденной посадке в Минеральных Водах из-за разбушевавшегося в горах урагана. Практически все пассажиры, набитые в маленький аэропорт, с удивительной серьезной настойчивостью требовали сообщить им: «Когда полетим?» Тем не менее без планирования никак. Пускай все срывается, зато у нас есть (был/будет) план как репер, то, от чего корректироваться, за что переживать. То есть спасаясь от тревоги планированием во времени, мы начинаем тревожиться именно из-за него. Мы совсем «забыли», что планирование — изобретенный нами механизм снижения, снятия тревоги, и зачастую предполагаем, что оно может управлять действительностью. В старости это особенно заметно. Особенно заметно у моего папы. Он — человек обязательный. Он привык все планировать и соблюдать. И живет в постоянном огорчении и раздражении: его все подводят, «обманывают». Он планирует прогулку в парке, поход в магазин, поликлинику и приезд внуков. Но в парке перекрыли вход, в магазине очередь, автобус ломается, поликлиника работает не по расписанию, внуки звонят, что опоздают, и он в раздражении отказывается их «принять». Так повторяется и на следующий день, и… но он не сдается: «Жить без планирования нельзя!», «Все такие необязательные!».

Заметьте, я не говорю о списке дел, который помогает при старческом и молодежном слабоумии, я говорю о контроле. Что будет дальше? Главный вопрос тревоги неопределенности.

Говорят, сила психики соотносима с количеством вопросов без ответа, которые она способна переносить. «…Единственным истинным признаком силы… психического здоровья является способность сносить вопрос за вопросом в отсутствие каких бы то ни было намеков на ответ» (Н. Мейлер).

Мы начинаем жизненный путь незнающими. Точнее, мы знаем многое, может, все, но не имеем навыка обозначать, определять, находить свое место в цепочках событий, пытаться контролировать. Потом мы под давлением социума и собственного разума, требующего определенности, приобретаем навык знать и планировать что, где, когда, почем… А потом вновь выпадаем из механизма. Неопределенность не так легко переносить. 

Издревле люди использовали социум, друг друга, чтобы справляться с тревогой неопределенности. Религия, наука, государство, начальство, правила и законы, «все так делают» — все это в первую очередь имеет целью снять тревогу, переложив «знание» и «ответственность» на кого-то.

Похожие материалы:  Наследник великого отца: что нужно знать о Кристофере Толкине — человеке, без которого не было бы Средиземья?

Принятие неопределенности — это допущение множества вариантов реальности в любой момент времени. Оно отнюдь не означает пофигизм и бездеятельность, это не безволие. Как раз наоборот, это наличие такой воли, которая способна действовать не по рельсам планов, не в коридоре заданного, а во всем многомерном поле возможного. Путешествия Колумба, Нансена, Хейердала, поиск Циолковского…Не-о-пределенность — отсутствие пределов.

Страх отстать

Надо ли его бояться? Во-первых, все равно отстанем. Уже. Мозг не сможет впитать столько информации. Информированность заменяется открытостью, доверием, любопытством, уважением.

Допустим, вы не знаете, как пользоваться лифтом или системой связи «Скайп». Я люблю рассказывать эпизод, подсмотренный в Юхнове. Старая женщина в магазине электроники просит молодого продавца помочь ей пополнить баланс на телефоне, он беспрекословно откликается, подходит к аппарату и терпеливо объясняет ей пошагово действия. Они перешучиваются. А когда он отходит, я не выдерживаю и говорю ей: «Там же все написано! И вы, похоже, не первый раз?»

Дама лукаво улыбается в ответ: «Ну и что? Это мой ученик, я с ним шесть лет в школе возилась. Мне нравится, когда он меня теперь учит». Она пользовалась своим учеником, своей открытостью и чувством юмора.

Итак, вы не знаете, что такое лифт и как он работает. Помешает ли вам это добраться до внука, живущего на 15-м этаже? Помешает только страх. Если вы не изжили в себе привычку предыдущего возраста «ем, только то, что знаю», «делаю, только то, что знаю»… будет трудно. Но если вы уже выработали в себе (вспомнили из детства) открытость и любопытство плюс добавили к нему опыт пользования всем многим, что встречалось в жизни… То есть вы уже знаете, что теперь-то все делается удобным и не сложным… тогда… Как любил ворчать мой брат, когда отец звал его разобраться с новой кофеваркой: «Человек, который умеет пользоваться артиллерийской буссолью!..» Чуть притормозить, посмотреть прищурившись… и вот вы уже видите: никаких соревнований на самом деле нет. Прогресс существует для комфорта и облегчения жизни или развлечения, а вовсе не для гонки за ним.

Понравился материал? Переходите по ссылке и читайте книгу!