Ицхак Адизес: «Я пишу свои книги, потому что не хочу умирать»

В издательстве «Альпина Паблишер» вышли две книги бизнес-консультанта, теоретика менеджмента и автора нескольких бестселлеров об управлении Ицхака Адизеса: «Управление жизненным циклом компании» и «Управление изменениями без потрясений и конфликтов». Мы поговорили с доктором Адизесом о влиянии высоких технологий на менеджмент, судьбе прикладной литературы, актуальных навыках XXI века и вызовах, которые ставит перед предпринимателями информационное общество.

По промокоду decemberj дарим скидку 20 % на каталог ЛитРес!

Доктор Адизес, в вашей книге «Управление жизненным циклом корпорации» и многочисленных интервью вы часто приходите к мысли, что российскую экономику сдерживает культура авторитарного лидерства. Действительно ли влияние авторитарной культуры замедляет экономический рост? Если да, то влияет ли эта модель на азиатские страны, такие как Китай, который демонстрирует невероятные темпы экономического роста, или Южную Корею, или Японию?

Ицхак Адизес: Я думаю, этот вопрос так хорош, что над ним еще предстоит поразмыслить. Но я попробую рубить с плеча. Разница в том, что у вас есть два разных предмета для рассмотрения, две разные переменные. Одна переменная — это авторитарный стиль лидера. Другая — авторитарная культура организации. Это разные вещи.

В России есть авторитарная культура и авторитарное лидерство. Что я подразумеваю под авторитарным лидерством? «Делай как сказано или иди вон», тут все просто. Что такое авторитарная культура? Попробую объяснить на примере.

Я читал лекцию в Российском экономическом университете и использовал проектор. Когда ты пишешь на чем-либо, это проецируется на слайд. Я вдруг заметил, что моя аудитория слушает, склонив голову набок, и меня это заинтересовало. Потом я понял, что то, что я писал на слайде, сдвинулось на 90 градусов и в таком виде проецировалось на экран. Так вот, никто в аудитории не сказал: «Извините, профессор Адизес, ваш слайд [надо поправить]». Никто, полная тишина.

Через какое-то время я снова читал лекцию в России. Я намеренно повернул один слайд — не по ошибке, специально. Я ждал и ждал, но никто не сказал: «Это неправильно, поправьте». Вот что такое культура. Никто не смеет сказать, что что-то не так. Все молчат.

Сравните с Китаем. Я читаю лекцию в университете, аудитория переполнена. Как только я сказал что-то, что людям не понравилось, мне мигом сделали замечание. Вот что я имею в виду, говоря о культуре. В Китае есть культура, где люди осмеливаются задавать вопросы и делать замечания, и авторитарный лидер вынужден с этим считаться. В России дела обстоят иначе.

Я не раз рассказывал об этом на лекциях. Это печально, потому что (по моему опыту работы в 52 странах мира) одни из самых ярких, способных менеджеров именно в России. Прекрасно образованные, умные. Когда общаешься один на один, они невероятны, но, когда несколько собирается вместе — тишина. Говорит лишь один человек.

У вас есть золотая жила: люди с прекрасным умом. Вы просто не используете их, потому что подход, культура не позволяют им выразить себя. Сейчас, когда я говорю с вами, я нахожусь в Израиле. Тут все идет в гору, расцветают инновации. Стартапы открываются налево и направо. Страна процветает. Почему? Этому во многом поспособствовали русские, которые приехали в Израиль. Мы предоставили умным людям поле для самовыражения.

Когда Россия позволит людям обмениваться мнениями и не бояться говорить, будет прорыв, невероятный бум в России. Я верю в это. У вас есть люди, у вас есть способности, у вас есть образование. Но есть проблема, очевидно, политическая — страх, что, если позволить людям открыто обсуждать экономические вопросы, они могут переключиться на политику.

Теперь о моей методике «Как заставить людей говорить и не потерять контроль». Лидеры российских компаний, с которыми мы работаем, не теряют контроль, они по-прежнему полностью контролируют ситуацию. Но они позволяют людям озвучивать то, что думают, и говорить о том, что происходит. Энергия движется снизу вверх. Мы меняем не стиль лидера. Мы меняем стиль культуры. В этом и заключается разница.

Известный израильский автор Юваль Ной Харари утверждает, что одна из главных проблем нынешнего века в том, что общество не понимает, куда ему двигаться дальше. Если использовать вашу модель для описания современного мира, то мир — это огромная корпорация, стирающая национальные границы и требующая все новых и новых ресурсов для своего роста. На какой стадии жизненного цикла этой корпорации мы находимся? Какая стадия будет следующей? Переживает ли мир сейчас стадию возрождения, молодости или какую-то иную?

Ицхак Адизес: Я полагаю, вы знакомы с кодом PAEI, поэтому я сейчас обращусь к нему. Если вы посмотрите на развитие человечества от зари времен до сегодняшнего дня, то увидите определенный жизненный цикл. Среди наших предков самый сильный примат был лидером. Затем мы стали кочевым обществом. Сильнейший охотник был лидером. Затем мы стали аграрным обществом, и тот, у кого было больше овец и коров, был лидером.

Общий знаменатель — власть, собственность. Это продолжалось и в колониальную эпоху. Чем больше у меня имущества и капитала, тем я сильнее. В моей модели это называется «P-культура». Затем наступила индустриальная революция. Возникла необходимость планировать, составлять бюджет, организовывать цепочку поставок… В индустриальном обществе были важны власть и мозг. Если у вас есть и то, и то — вау. Мозг означает «А», «А» теперь в игре. Индустриальное общество — «PA-культура».

В так называемом постиндустриальном обществе сила перестала быть необходимой. Мозг же важен как никогда. 63% территории Израиля — пустыня, но посмотрите, это очень сильная страна. Что у нас есть? Мозг. Посмотрите на самые успешные, самые богатые компании в мире. Uber не владеет ни одним такси. Они владеют информацией. Airbnb — самый большой «отель» в мире. У них нет ни одного здания, только информация. Чем сильна компания Google? Информацией. А Amazon? Информацией.

Мы живем в информационном обществе. Теперь вы можете делегировать власть. Мы направляем конвейерное производство в Индию и Китай. Пусть они занимаются физической работой, а мы занимаемся информацией. Но и эта модель перестает быть актуальной. С искусственным интеллектом, с квантовыми технологиями компьютеры будут сильнее нашего мозга. Теперь вам не нужно думать, вы вставляете чип, и все. Так что же ожидает нас в будущем?

Посмотрите, что произошло. Сила и мозг, далее — информация, а теперь «I», сердце. Мы перешли от силы к мозгу, от мозга к сердцу. Компании и страны, у которых есть сердце, попадут в будущее, если смогут преодолеть «А». Проблема в том, что «А» и «I» конкурируют. Мозг не позволит сердцу развиваться. Если мы не будем развивать сердце, будем управлять только силой и мозгом, без сердца, мы повторим путь нацистской Германии. Власть, мозг, никакого сердца. Опасность в этом.

У нас есть ядерные бомбы. У нас достаточно вооружения, чтобы уничтожить весь мир. Если мы не обратимся к сердцу, мы уничтожим сами себя. Я не знаю, какое будущее ждет человечество. Мы находимся на перекрестке. Возможно, впереди нас ждет прекрасный мир всеобщей любви, а может быть, мы уничтожим сами себя.

Как технологии влияют на менеджмент? Как управлять более эффективно в контексте сдвига парадигмы, о котором вы говорите?

Ицхак Адизес: Технология — это очень-очень острый нож. Вы можете резать им хлеб, а можете случайно убить себя. Все зависит от того, как вы его используете. Наша проблема в том, что мы учим людей пользоваться технологией, но без сердца, без чувств. Все слишком сухо, технологично. Мы не используем наши чувства. Мы с вами сейчас разговариваем, а чувств нет. Понимаете, даже если вы заплачете, я этого не почувствую. Это как кино. Вы плачете, а я пью кофе.

Нам нужно противостоять технологиям, укрепляя личные отношения, иначе дети станут замкнутыми. Сегодня дети не играют на улице, как это делал я, когда был ребенком. Теперь все сидят дома, играя в компьютерные игры или строя отношения по Zoom. Я совсем недавно узнал, что уже существует оборудование, позволяющее вступать в сексуальные отношения онлайн. Невероятно. Мы теряем человеческий контакт, и это очень опасно.

Похожие материалы:  Тест: Круче, чем Фредди Крюгер. Кто вы из новых литературных злодеев хорроров?

Менеджмент, который полагается только на технологии, не разговаривает с людьми, не чувствует людей, будет невероятно разрушительным, и компании с таким менеджментом не добьются успеха. Его добьются компании, которые продадут вам уникальный опыт, ощущение. Видите ли, компьютер, интернет, Amazon и Uber не дают чувство.

Компания, чтобы конкурировать с технологиями, должна дать людям опыт, ощущение, и вот вопрос: как это сделать? Когда вы идете в ресторан, вы идете не только поесть, вы идете, чтобы получить опыт. Поэтому надо создавать опыт. Что бы вы ни делали, вы должны создавать опыт, чтобы люди чувствовали вас. Как это сделать — в этом и заключается задача менеджмента сегодня.

Какие сегодня основные вызовы стоят перед предпринимателями? Как они изменились за последние 10 лет?

Ицхак Адизес: Изменения в этой сфере происходили всегда. Однако они ускоряются, все меняется быстрее и быстрее. Почему? В связи с ковидом, с невозможностью осознать, что происходит. Главный вызов для бизнеса сегодня и в будущем — справиться с изменениями. Вот почему моя методика так популярна: она дает предпринимателям, менеджерам, лидерам инструменты, которые позволяют управлять изменениями.

Когда предприниматели обращаются к консультанту, он вносит изменения и исчезает. Но так нельзя. Это все равно что заниматься спортом раз в месяц: делаете упражнения и все, ждете следующего месяца. Нет, нет, нет. Это должно быть непрерывно. Это вызов для менеджмента — быть готовым к постоянным изменениям, постоянно, постоянно, постоянно. Разработать систему для этого. Создать культуру, которая позволит меняться непрерывно. Ведь люди боятся изменений, они хотят остановиться. А вы должны создать культуру, в которой перемены — это нормально: «О, перемены. Хорошо, нет проблем», «Снова перемены? Отлично». Это полная смена парадигмы мышления.

Доктор Адизес, я задам вопросы, которые ваши читатели в России прислали в издательство «Альпина Паблишер», чтобы передать их вам. Первый вопрос касается навыков будущего. Какие навыки сейчас наиболее востребованы на рынке? К каким знаниям стоит стремиться молодежи?

Ицхак Адизес: Вы должны понимать, как работать с компьютером. Это очень востребовано. Если вы не дружите с компьютером, у вас проблемы. Этим объясняется, почему бедность будет расти. Не все могут себе позволить хорошо освоить компьютер с раннего возраста и играючи с ним управляться. Это также объясняет, почему мы стали раньше становиться старше.

Сегодня, если вам 40 лет, и вы пытаетесь найти работу, у вас могут возникнуть трудности. На работу возьмут 23-летнего. Почему? Потому что они на «ты» с компьютером, они быстрее. Мы стали раньше становиться старше. Сейчас, например, в криптовалютном бизнесе в 28 лет ты уже стар. Вам должно быть 18, чтобы понять, что происходит. Способность учиться, меняться и быть в курсе технологий — вот секрет успеха сегодня.

Но этого недостаточно. Навыки — это компьютерная грамотность, но вы должны выйти за рамки навыков. Мы чаще и чаще ищем людей, которые могут работать в команде, потому что проблемы усложняются. Мы уже не живем в аграрном обществе, где надо посадить растения, собрать урожай, продать — и все. Все становится сложнее и сложнее. Поскольку все усложняется, вам приходится работать с разными людьми. Если вы не способны на это, если вы не открыты, не слушаете, не испытываете взаимного доверия и уважения, то выбываете. Какие люди нужны сегодня? Разбирающиеся в технологиях, но при этом обладающие характером командного игрока. Люди, вызывающие уважение и доверие.

Следующий вопрос от наших читателей о книгах. Считаете ли вы чтение книг важным навыком?

Ицхак Адизес: Книги сегодня в опасности. Издательства тоже. Они становятся банкротами. Сейчас я пишу новую книгу, и издатели мне сказали: там должно быть не больше 100 страниц и не более одной идеи. Люди не готовы долго что-то изучать. Они больше не читают, особенно в Америке. У них нет времени. Но не все можно воплотить на ста, десяти или пяти страницах.

Я работаю над серией книг. В каждой книге — всего одна идея. Людям придется собирать их по крупицам. Сегодня уже нельзя создать Библию, приходится отсыпать идеи чайной ложкой. Вот через какие изменения мы проходим. Так важны ли книги? Безусловно. Смотрите, я часто записывал свои лекции и думал, что они удались. Я говорил хорошие вещи, а потом расшифровывал их и думал: «О боже, теперь надо это отредактировать». Потом я переписывал и переписывал по 30 раз, пока не понимал, что получилось то, что я хотел сказать.

Устная речь не так точна. Написанный текст точнее. Вот почему книги очень важны. Но, к сожалению, мы их теряем.

Наши читатели спрашивают, что для вас значит «хорошая литература»? Не могли бы вы назвать книги, которые выковали ваши жизненные принципы и сформировали ваш характер?

Ицхак Адизес: Когда мне было 11 лет, самое сильное влияние на меня оказала книга Антона Макаренко «Педагогическая поэма».

Могу ли я спросить почему?

Ицхак Адизес: Он учил менять людей и не терять надежду. «Да, этот человек — преступник, но у него есть сердце, которое можно изменить. Надо работать, чтобы сделать его членом общества». Именно этим я и продолжаю заниматься вплоть до сегодняшнего дня. Я следую за Макаренко, меняю людей, меняю мир, пытаюсь сделать его лучше.

Последний вопрос от наших читателей. Поделитесь, пожалуйста, несколькими мыслями или идеями, которые помогли вам стать тем, кто вы есть.

Ицхак Адизес: То, что я собираюсь вам рассказать, — не то, чего ожидают ваши читатели, в этом я точно уверен. Обычно люди ждут, что я скажу о своей преданности делу, собранности и решимости никогда не сдаваться. А правда в том, что я пережил холокост. Я видел смерть в очень юном возрасте. Мне было шесть лет, когда случился холокост. Когда мне было семь, я заболел. Никто не знает чем. Мы прятались в горах Албании, пытаясь выжить.

Я боялся, что умру. Я кричал, кажется, несколько недель: «Я умру, умру, умру, умру, я не хочу умирать, я умру, умру». У меня были галлюцинации. Думаю, что именно страх смерти сделал меня тем, кем я являюсь сегодня. Вот почему я пишу свои книги. Все потому, что я не хочу умирать. Я хочу оставить что-то после себя. Это первое, что дало мне мотивацию постоянно работать, постоянно писать. Я посвятил всю свою жизнь отрицанию своей смерти. Иногда вам приходится принять смерть, чтобы начать жить. Это один из факторов, который заставляет меня двигаться дальше. И я все время работаю, по 16 часов в день, семь дней в неделю, без перерыва.

Второй фактор заключается в том, что я сменил много стран. Я родился в Македонии. Во время Второй мировой войны жил Албании. После войны — в Сербии, потом в Израиле, потом в Америке, а затем в качестве консультанта побывал в 52 странах мира. Я понял, что все возможно, если открыть глаза. Для меня не существует ничего неизменного, никаких догм. Я чрезвычайно открытый человек. Я приезжаю в новую страну и смотрю на все так: «О, правда? Как интересно. В этой стране все по-другому». Я могу изменить свое мнение за 30 секунд, стараюсь принимать разные точки зрения.

И последний фактор — я постоянно учусь. Я был страшно счастлив, когда защитил докторскую, и поделился этим чувством с председателем комиссии. В ответ он посмотрел на меня и сказал: «Ицхак, это не конец, это начало». Думаю, это стало моей мантрой. Склонность принимать перемены и страх смерти — вот что сделало меня тем, кем я являюсь сегодня.

Стандартное изображение
Редакция ЛитРес