Нетуристический маршрут: книги, в которых страны показаны с неожиданной стороны

Вакцинация бодро шагает по планете, но до открытия границ еще очень далеко. Поэтому остается перемещаться в другие страны при помощи книг. Предлагаем вам подборку романов, которые порадуют внутреннего путешественника оригинальным взглядом на популярные направления или заронят в голову мысль: «А дома не так уж и плохо!».

Дженин Камминс «Американская грязь»

Какие ассоциации возникают у вас при слове «Мексика»? Скорее всего, песчаные пляжи, кактусы, текила, пончо, сомбреро – и что-нибудь еще столь же стереотипное. Дженин Камминс предлагает читателям посмотреть на другую Мексику, неприглядную и безжалостную к своим детям. Главная героиня «Американской грязи» держала в курортном Акапулько книжный магазин, воспитывала сына, и даже когда наркокартели начали передел власти, на ее жизнь это почти не повлияло. Ведь можно спокойно жить рядом с бедой, пока она не коснулась тебя лично. Но потом муж Лидии написал статью о незаконных делах  местного наркобарона. Вскоре почти всю ее семью среди бела дня расстреляли на празднике.

И теперь у Лидии только один путь – хватать сына и бежать так, словно под ногами горит земля. В Мексике для них безопасных мест не осталось, а значит, нужно выбираться в Америку, пусть там ее и будут считать грязью под ногами американцев. Чтобы спасти сына, Лидия пойдет на все, даже заберется на крышу «Ла Бестиа» — товарного поезда, идущего к границе с США. Ей придется решать, кому доверять, а кому нет, предавать и быть преданной. Потому что у нее и других людей на крыше поезда не осталось ничего, кроме слабого проблеска надежды.

«Этот путь подходит только для тех, у кого нет выбора, нет других возможностей, для тех, кто оставляет позади лишь насилие и нищету».

Дженин Камминс

Айелет Гундар-Гошен «Лгунья»

Иерусалим, Гефсиманский сад, Кедронская долина, древняя Яффа… Кто-то едет в Израиль, чтобы прикоснуться к тысячелетней истории, кого-то манит Красное море. Но можно ли за туристическими декорациями увидеть настоящую страну и ее людей?

Айелет Гундар-Гошен, звезда современной израильской литературы и преподаватель психологии в университете Тель-Авива, выбирает израильскую столицу в качестве места действия для своего романа «Лгунья». В центре сюжета – история семнадцатилетней Нофар Шалев. У нее благополучная семья, хорошие родители, любящая младшая сестра. Но при этом Нофар чувствует себя одинокой. Когда она появилась на свет, родителям сказали, что дочка будет красавицей. И имя ей дали соответствующее – Нофар в переводе значит «Кувшинка». Но время идет, а Нофар никак не расцветает. Внешность у нее самая заурядная, талантов особых нет, друзей тоже.

Все меняется, когда Нофар неожиданно для самой себя обвиняет в попытке изнасилования хамоватого клиента. Невзрачная девочка впервые в жизни оказывается в центре внимания. Ей сочувствуют, ее защищают, ее восхваляют за то, что не стала молчать. И Нофар продолжает лгать. Потому что ей невыносима даже мысль о том, чтобы вернуться к прошлой жизни.

Рассказывая историю Нофар, автор плавно подводит нас к тому, что все люди лгут. Одни — чтобы получить сочувствие, другие — чтобы избавиться от одиночества, третьи — чтобы обрести голос. И ложь – неотъемлемая часть человеческой природы. Но может, все-таки стоит сказать правду?

«Когда вечером Нофар вернулась в свою комнату, она вынула из рюкзака новую тетрадь. Эта тетрадь была точной копией своей предшественницы, но страницы у нее были пустыми. Нофар взяла ручку с фиолетовыми чернилами, поставила перо в самом начале страницы и написала первую букву. Однако чернила потекли и образовалась клякса. Всё было возможно».

Айелет Гундар-Гошен

Доменико Старноне «Шутка»

Доменико Старноне, обладатель престижных литературных премий «Стрега» и «Наполи», родился и вырос в Неаполе – и город наложил неизгладимый отпечаток на его творчество. Там разворачивается действие романа «Шутка» — довольно камерной истории о том, как деда попросили посидеть с четырехлетним внуком, пока родители съездят на научную конференцию. Герой довольно быстро начинает жалеть, что согласился, но отступать некуда. За три дня внук успеет изрядно потрепать ему нервы – и научит по-другому смотреть на жизнь.

Пожалуй, в романе «Шутка» нетуристический Неаполь проступает выпуклее всего. Для описания города Старноне нередко использует слово «бешенство»: «Но в Неаполе, в кварталах Васто, Пендино, Меркато, где я вырос, а до меня выросли мой отец, мои деды и прадеды, возможно, даже и все мои предки, никто не говорил „гнев“ — это было книжное слово, оно ассоциировалось с Ахиллом и другими литературными героями, — все говорили „бешенство“. Те, кто заполнял эти улицы, площади и портовые причалы, люди тяжкого труда и мастера темных делишек, никогда не гневались, они впадали в бешенство».

И общаются герои на неаполитанском диалекте, эмоциональном, избыточно, разительно отличающимся от литературного итальянского: «Бармен и девочка говорили на неаполитанском диалекте. Этот язык был моей неотъемлемой частью — и в то же время представлял собой набор странных, чуждых звуков. Ко мне обращались благожелательным, почти слащавым тоном, но это не могло изменить исконного звучания слов — резкого, угрожающего. Только в этом городе, подумал я, люди могут помочь тебе с такой нерассуждающей готовностью и в то же время способны сию минуту перерезать тебе горло».

Непричесанный, неумытый, мрачный Неаполь Старноне таит в себе угрозу. И в то же время вызывает неподдельный интерес – потому что не всех привлекает вылизанная картинка, иногда хочется посмотреть на город как он есть.

Похожие материалы:  50 бестселлеров всех времен по версии Amazon

Юханна Фрид «Нора, или Гори, Осло, гори»

Порой кажется, что Скандинавия – это либо хюгге, теплые свитера, какао с зефирками и уютные сказки, либо сплошь маньяки, которые сошли с ума из-за недостатка солнечного света. К счастью, некоторые авторы пишут об обычной Скандинавии – без сахарного лоска или напускной хмурости. Например, Юханна Фрид.

Ее роман «Нора, или Гори, Осло, гори» можно по праву назвать панскандинавским. Это история трех молодых людей и трех столиц – Осло, Стокгольма и Копенгагена, в поездках между которыми и развивается сюжет. Главная героиня Юханна ревнует своего парня Эмиля к его бывшей, Норе из Осло. Она не знает Нору, никогда с ней не общалась, но профиля в инстаграме ей оказывается достаточно, чтобы себя накрутить. Юханна снова и снова заходит в приложение, сама понимая: реальная Нора имеет мало общего с той, что она создала в своей голове. Но остановиться не может.

Автор заставляет читателя посмотреть в лицо чувствам, которые знакомы большинству из нас – и в которых нам очень не хочется признаваться. Причем делает это в спокойной, сдержанной манере – мол, бывает, все мы люди.

Эмманюэль Гран «Конечная – Бельц»

«Понимаете, Бельц… Место там такое… необычное. Там иногда происходят странные вещи… По крайней мере, так говорят. Вещи, которые трудно объяснить… А того, кто пытается, принимают за сумасшедшего. Понимаете? Такой уж этот Бельц. Гиблое место. Его называют по-бретонски Enez Ar Droc’h. Что значит «остров безумцев».

За роман «Конечная — Бельц» Эмманюэль Гран получил сразу две престижных литературных премии, так что пусть вас не пугает зачин, достойный сериалов на канале «Россия»: «Марк Воронин, нелегальный эмигрант из Украины, прячется на маленьком острове Бельц от румынской мафии».

Представьте себе отрезанный от мира островок в Бретани. Герой нанимается матросом на рыболовецкое судно. Местные чужаку откровенно не рады, потому что жизнь здесь и так не сахар – заработать можно только ловлей рыбы, бензин дорожает, цены на главный продукт падают, да еще и эмигранты работу отнимают. К тому же Бельц не просто так прозвали «островом безумцев» — здесь действительно регулярно происходят странные вещи:

«Однажды там посреди поля нашли парня, раздавленного скалой, хотя никакой скалы в том поле никогда в помине не было. А позже, три года назад, у безлюдного берега сел на мель огромный траулер. На борту вроде бы находились двадцать моряков. Так вот: ни одного живого так и не нашли. И ни одного тела. Корабль застрял в маленькой бухте. Трупы должно было выбросить на берег. Ни одного, вот жесть!».

Эмманюэль Гран

Но Марко уезжать не собирается, и местные начинают запугивать его рассказами про знаки, которые оставляет Анку, ангел смерти. Выбирая между мафией и ангелом, Марк предпочитает последнего, но не придется ли ему в скором времени пожалеть о своем решении?

Стандартное изображение
Издательство «Синдбад»