Нобелевская премия по литературе 2022: что означает и сулит победа Анни Эрно?

В конце прошлой недели Шведская академия наук огласила имя лауреата Нобелевской премии по литературе 2022 года. Не обошлось без традиционных сюрпризов. Вопреки прогнозам букмеров, обладателем самой престижной награды книжного мира стал не именитый прозаик Мишель Уэльбек и даже не Салман Рушди, а 82-летняя писательница Анни Эрно. Литературный обозреватель Максим Мамлыга объясняет, в чем актуальность ее творчества, и каким образом одна из книг пожилой писательницы о делах давно минувших дней в 2022 году становится событием, которое явно заслуживает внимания читателей и личной рефлексии каждого.

По промокоду octoberj дарим скидку 20 % на каталог ЛитРес!

За несколько недель до вручения инфополе оживляется: а на кого ставят букмекеры (в этом году – фиксировал Константин Мильчин)? А давайте вспомним, кому она не досталась и почему («Полка» републиковала старые материалы, этому посвященные)? А каково в этом году будет соотношение «действительно литературных заслуг» и «повесточки»? И так далее. 

В нашем отечестве Нобелевскую премию воспринимают как чемпионат мира по литературе. Несмотря на то, что лично мне ближе интерпретация Галины Юзефович, которая настаивает на том, что Нобелевский комитет фиксирует изменения границ самого понятия «литература», как было, например, с вручением премии Бобу Дилану, я отдаю себе отчет что именно «чемпионатское» восприятие делает Нобелевку стоящим предметом для разговора вне собственно книжной/литературной среды. Более того, это восприятие диктует, повлияет ли присуждение награды на продажи книг с соответствующим блёрбом. Если лауреат выглядит по-чемпионски – рассуждает в большом романе об истории, судьбах мира, жизни и смерти – самое то. Так, Исигуро читают и перечитывают, а например, Луиза Глюк до сих пор не издана отдельной книгой. 

Что же означает и что сулит победа в этом чемпионате восьмидесятидвухлетней Анни Эрно? 

Дочь представителей рабочего класса, Эрно закончила университет и некоторое время пыталась встроиться в существовавшие на тот момент интеллектуальные и литературные иерархии. Ей хотелось быть интеллектуалкой, ей хотелось быть писательницей, ей хотелось занимать соответствующее место в обществе. «Девушка пятьдесят восьмого года» – так Эрно иронично себя называла. В 1958-м ей 18 лет, вокруг суперконсервативная послевоенная Франция, пытающаяся забыть об ужасах оккупации и упирающая на то, что мы сегодня называем «традиционными ценностями»: крепкая семья, буржуазный образ жизни, стабильный достаток, очень строгая мораль. Все изменится в радикальном 1968-м – сексуальная свобода, политический протест, презрение к классовым различиям, но 10 лет это очень, очень много, когда ты молод. Эрно, уже в юности пытавшаяся написать роман, не найдет в себе сил сопротивляться среде и будет плыть по течению: будет работать учительницей, выйдет замуж и вполне будет походить на добропорядочную французскую гражданку тех дней. Но будет много читать, наблюдать и видеть, думать над своим жизненным опытом и над тем, как и что она хочет сказать. 

Так, первая ее книга выйдет в 1974 году. Эрно к тому времени – сформировавшаяся личность, ей уже не столь важно, что скажут о ней – она хочет говорить сама, она уверена, что ее голос услышат. И это женский, сухой, ровный голос травмы и опыта. Каждая книга писательницы рассказывает нам о, прямо скажем, малоприятных событиях: нелегальный аборт в «Событии», негативный первый сексуальный опыт в «Памяти девушки», поддержка матери во время болезни Альцгеймера в «Женщине» и т. д.

В каждой книге рассказ ведется от первого лица, причем фигура писательницы и рассказчицы неотличимы друг от друга, более того, кажется, что это придает дополнительную силу сказанному. Это как будто еще и маленькие исследования социальной реальности: пол, возраст, класс – важные характеристики авторского голоса. Эрно начала писать до того, как появился термин «автофикшн», но из нашего времени теоретически можно причислить ее книги к нему. 

В российском медиаполе это достаточно свежее явление – от силы лет семь, – которое успело нажить немало врагов. От критиков то и дело слышно: сколько можно мусолить свои травмы! Павел Басинский написал гневную заметку об автофикшне в «Российской газете», Борис Куприянов – более сдержанную на «Горьком», им написали отповедь основательницы журнала «Незнание». В сумме критика автофикшна как будто сводится к тому, что небольшая книга о травматических переживаниях априори менее ценна, чем толстенный классический роман с двумя десятками персонажей. Помните, как можно было еще недавно услышать презрительное «женская книга о женских проблемах»? Однако опыт Эрно показывает, что волшебство литературы в другом. 

Во-первых, в обнаружении экзистенциального смысла в том, что с тобой происходит. Во-вторых, и это особенно отметил Нобелевский комитет, в том, чтобы в рассказе от первого лица о самых повседневных, казалось бы, событиях был слышен опыт целого поколения женщин. Отвечает ли это требованию в завещании Нобеля о том, что премия должна присуждаться лучшему произведению идеалистической направленности? Безусловно. 

Здесь вполне можно было бы закончить: Нобелевский комитет зафиксировал тенденцию, отдал дань женскому письму (в очередной раз), спасибо большое, расходимся, ничего нового, ничего необычного. Однако, как мне кажется, в этом году Шведская академия сделала более чем радикальный жест и, что совсем на них непохоже, актуальный политический жест (очень похожий на средний палец на самом деле). 

Похожие материалы:  Литературный Нобель-2021: в стране невыученных уроков

Присмотримся к книге Эрно «Событие», где она рассказывает об опыте аборта в 1963 году. Официально тогда это уголовное преступление, которое грозит не только самой молодой женщине, решившейся на такое, но и врачу/медсестре, любому причастному. Волосы на голове шевелятся, когда читаешь о том, на какой риск для своей жизни и здоровья шли девушки. А еще – от равнодушия и лицемерия общества, от мужчин, беспечно и жестоко относившихся к женщинам, от классовой уязвимости одних девушек перед другими, от бедности и бесправия. Эрно написала «Событие», когда аборты уже были разрешены, но ей было важно зафиксировать этот опыт, рассказать о нем тем, для кого принцип «мое тело – мое дело» нечто само собой разумеющееся. 

И вот тут фокус. 

Спустя много лет, в мире 2022 года, сгущаются тучи – на наших глазах совершается консервативный поворот. В Польше, несмотря на многотысячные протесты, принимается закон о запрете абортов. Новый консервативный состав Верховного суда США (спасибо, Дональд Трамп) постановляет не считать больше право на аборт неотъемлемым правом женщины и разрешает штатам поступать с этим на свое усмотрение. В Италии буквально на днях приходит к власти консервативное правительство, также считающее аборт делом предосудительным. 

Так, книга пожилой писательницы о делах давно минувших дней, прямо по эпиграфу из Мишеля Лейриса, в 2022 году становится событием – более чем актуальным. В Европе наших дней ее тексты становятся знаменами, в Штатах приобщаются к материалам судебного процесса как свидетельство. Сама структура письма Эрно выражает определенные ценности, одна из которых – право женщины распоряжаться собственным телом. Право, которое в 2022 году вдруг решают оспорить, а Нобелевский комитет прямо вмешивается в ситуацию, сознавая свое всемирное значение и безмерное влияние, будто бы усмехается и говорит: «Ах так? Ну, так пусть теперь эти книги прочитают все». 

У Эрно в России уже есть своя аудитория преимущественно молодых прогрессивных женщин, и, безусловно, она обрадуется присуждению премии писательнице. Однако, пройдет совсем немного времени, и на Эрно польются потоки осуждения со стороны тех, кто не является ее целевой аудиторией. Остается лишь надеяться, что кто-то из них действительно попытается понять и услышать Эрно, найдет в ее книгах опору или предупреждение. Ведь писательница сознательно работает с коллективным предубеждением – а в России их тоже немало, особенно крепки из них те, что касаются материнства и детства.

Здесь будет не лишним вспомнить самую близкую к «Событию» книгу на русском языке – «Посмотри на него» Анны Старобинец, которую в скором времени переиздаст Corpus. В ней писательница откровенно и без прикрас рассказала о своем опыте аборта, когда ребенок, увы, был нежизнеспособен в результате поликистоза почек, и о том, с какими ужасами ей пришлось столкнуться на этом пути. Ветераны одной запрещенной в России сети могут припомнить, какими последними словами крыли «Посмотри на него», какие страшные потоки ненависти изливались на Старобинец лишь потому, что она рассказала о своем опыте, лишь потому, что сделала публичным то, о чем «надлежит молчать». Причем крыли в основном женщины – именно за нарушение табу. Впрочем, было немало и тех, кто благодарил писательницу, – будут благодарить и Эрно. Ведь, в конце концов, проповедь гуманизма, любви к ближнему всегда будет услышана тем, кто хочет слышать, а именно в этом, по сути, посыл Эрно. 

Отдельно хочется отметить еще один любопытный факт. Если вы обратите внимание на блоги, поздравления по случаю присуждения Нобелевской премии Анни Эрно получает маленькое издательство No Kidding Press, выпустившее четыре книги писательницы. Однако, еще две некоторое время назад издало «ЭКСМО», одно из крупнейших в России издательств, но его никто не вспомнил. Как выясняется, многие даже не знали, что «ЭКСМО» издает Эрно. Так вот, это случай грамотного позиционирования, нахождения общего языка с аудиторией, чем No Kidding Press, издающее книги женщин, о женщинах и для женщин, занимается с момента своего основания. Именно они смогли сделать книги Эрно видимыми в России еще до присуждения премии, а в портфеле «ЭКСМО» писательница потерялась. Это история о том, что каждую книгу издателю нужно любить, холить и лелеять, как будто она у тебя единственная, – и тогда читатель отзовется и придет за следующей.

Стандартное изображение
Максим Мамлыга
Литературный обозреватель