В духе Виктора Франкла: обнадеживающие книги в эпоху больших потрясений

Книги знаменитого австрийского психотерапевта Виктора Франкла никогда не теряют актуальность. Его философия дарит надежду и уверенность в будущем: какими бы ни были испытания, выпавшие на нашу долю, мы всегда можем опираться на собственный смысл жизни, а значит, у нас есть ради чего просыпаться по утрам и продолжать жить. В этом материале собрали несколько отличных произведений, созвучных трудам Виктора Франкла. 

По промокоду Frankl дарим скидку 20 % на каталог ЛитРес!

Эдит Ева Эгер «Выбор» и «Дар. 12 ключей к внутреннему освобождению и обретению себя» 

Говоря о Викторе Франкле, невозможно не упомянуть его ученицу Эдит Эгер. Как и ему, Эгер не повезло пережить испытания концлагерем, голодом, болезнями, истощением. Однако после освобождения она страдала от «вины выжившей» и не могла говорить о Холокосте. На долгие года Эдит замкнулась в себе. Даже переехав в США и начав новую, спокойную жизнь без больших потрясений, и она, и ее муж долгое время носили в себе всю непрожитую боль. Исцелением стали лекции психиатра Виктора Франкла: Эгер сначала прониклась его трудами, а затем, уже во второй половине жизни, стала студенткой и ученицей Франкла. Постоянная работа с пациентами и их болью помогли и самой Эдит заглянуть в собственные глубины. Они с мужем отправились на место бывшего концентрационного лагеря Аушвиц, чтобы окончательно поставить точку и исцелиться. Обо всем этом Эдит Эгер подробно рассказывает в своей первой книге «Выбор».

Обращаясь к читателям, она говорит: не обесценивайте свою боль. Нам всем довелось пережить разнообразный травмирующий опыт, повлиявший на нас. У вас есть право чувствовать то, что вы чувствуете. Во всех нас заложена способность выбирать. Именно тогда, когда не ждешь никакой поддержки со стороны – ни физической, ни моральной, – появляется возможность узнать, кто мы есть на самом деле. Важно не то, каким был наш опыт, а то, как мы отнесемся к нему и как им распорядимся.

Мемуары выжившей в Холокосте подарят надежду: если Эдит Эгер удалось справиться со страшной трагедией, и вы сможете преодолеть все, что бы нам ни подбрасывала жизнь. 

Вторая книга «Дар. 12 ключей к внутреннему освобождению и обретению себя» посвящена непосредственным методам самотерапии: как преодолеть выученную беспомощность, научиться относиться к себе с безусловной любовью, заменить деструктивные убеждения теми, которые служат нам и помогают нашему росту. 

Жесточайшие испытания, выпавшие на нашу долю, могут дарить самые убедительные жизненные уроки. Усваивая их, мы открываем для себя непредвиденные вещи, наполняемся новыми ожиданиями и возможностями. Исцеление, освобождение и самореализация достигаются умением выбирать, как реагировать на то, что преподносит нам жизнь; умением придавать этому нужное значение и извлекать смыслы из пережитого опыта и в первую очередь из страданий. Мы учимся быть свободными всю свою жизнь, так как свобода – это выбор и его нужно делать ежедневно, буквально шаг за шагом. В конечном счете для свободы требуется надежда, которую Эгер определяет следующим образом: во-первых, это осо­знание, что страдание, даже самое ужасное, – явление временное; во-вторых, это любопытство – желание узнать, что произойдет дальше. Надежда позволяет жить не прошлым, а настоящим. 

В каждой главе Эдит Эгер исследует одну из типичных тюрем нашего разума, рассматривает связанные с ней проблемы и ее влияние на нас, иллюстрируя все это историями как из собственной жизни, так и из своей практики. Основной ключ к свободе – стремиться стать тем, кем мы являемся на самом деле, стать собою подлинным.

Приведу цитату, которая кажется мне сейчас особенно актуальной: 

«Разве может хоть что-то хорошее исходить из ада? В любой момент меня, вытащив из очереди во время селекции или забрав из барака, могли бросить в газовую камеру – я жила под этим постоянным страхом, как жила под нависшим над лагерем черным дымом, поднимавшимся из труб крематория и ежеминутно напоминавшим, что уже потеряно и с чем предстоит расстаться. Не в моей власти было влиять на эту взбесившую­ся реальность. Но я могла сосредоточиться на том, что рождалось в моем сознании. Я не могла противодействовать, но могла погружаться в себя. Аушвиц помог мне обнаружить в себе внутреннюю силу и право на выбор. Я научилась полагаться на те ипостаси себя, существование которых, проживи я другую жизнь, мне никогда не открылось бы».

Джеймс Холлис «Жизнь между мирами. Как найти ресурс в себе, когда все вокруг разваливается» и «Почему хорошие люди совершают плохие поступки. Понимание темных сторон нашей души» 

Обуздать непредсказуемость современного мира, особенно в последние несколько лет, невозможно. Но что в наших силах, так это научиться доверять себе, своим выборам и ценностям. Научиться доверять тому, что происходит внутри нас, а затем, собрав все мужество, действовать в соответствии с этим до тех пор, пока мы не пробьемся сквозь чащу, не выйдем на прекрасную поляну и интуитивно не поймем, что именно здесь наше место. Об этом рассуждает юнгианский психотерапевт Джеймс Холлис.

В книге «Жизнь между мирами. Как найти ресурс в себе, когда все вокруг разваливается» он предлагает обратиться к глубинной психологии. Большая часть работы этого направления сосредоточена на восстановлении элементарного доверия к нашим глубочайшим источникам знания. В то время как какофония голосов, внешних и внутренних, становится все громче и громче, ни на секунду не умолкая, все отчетливее начинает напоминать о себе и голос нашей души, похороненный под грудой спутавшихся эмоциональных проводов, пересекающих наши чувства. Распутывание этих проводов является делом всей нашей жизни, и оно ни на секунду не должно прекращаться. 

Возможно, самым неуловимым из всех, но самым важным источником внутреннего руководства для каждого из нас является наш постоянный анализ жизненного опыта относительно переживания его смысла. Мы можем служить влечениям к власти, богатству, статусу, относительной безопасности, забвению сознания – чему угодно, но мы не можем создать смысл. Смысл – это побочный продукт правильного отношения к нашей душе в критические моменты жизни. Если то, что мы делаем, правильно для нас, независимо от того, насколько опасен путь, нас поддерживают изнутри. Наши страдания, наши вложения, наши сомнения вознаграждаются целеустремленностью. И это невозможно подделать: со временем даже самые тревожные и опасные путешествия кажутся нам наполненными смыслом.

Но как открыть в себе смысл? Один из методов – обращать внимание на сны, запоминать и анализировать их. Наши предки знали и уважали те внутренние проявления, те призрачные присутствия, которые происходят в нашей жизни каждую ночь. Исследования сна говорят, что если мы доживем до восьмидесяти лет, то шесть из них мы проведем в сновидениях. Природа не тратит энергию впустую, и сновидения, таким образом, служат целям самой природы. Те из нас, кто обращает внимание на сны, знают, что, отслеживая их образы, темы, ассоциации и аналогии, мы часто обнаруживаем в них своеобразный комментарий к нашей жизни. Да, они используют мифопоэтический язык, а не дискурсивную речь и мышление, но они никогда не обманывают, если только мы можем выйти за узкие рамки понимания эго и открыть себя миру символического выражения. 

Еще одна важная книга может послужить комментарием к обострившимся конфликтам, непосредственное влияние которых мы переживаем прямо сейчас. «Почему хорошие люди совершают плохие поступки. Понимание темных сторон нашей души» – анализ теневых сторон человеческой личности.

Тень не есть зло как таковое, хотя может совершать и то, что нами самими или другими людьми впоследствии будет расценено как зло. Но в любом случае мы целиком ответственны за действия и последствия проявлений Тени, даже если в момент их совершения не подозреваем о них. Однако немногих по-настоящему заботит, от какой отправной точки разворачивается их повседневная жизнь. Мало кто задумывается о взаимосвязи между индивидуальной психикой и общественно-политическими дрязгами, в которые мы постоянно впутываемся. 

Книга последовательно рассматривает личностные особенности психики, а затем все расширяющимися кругами продвигается от личностного к общественному, далее к историческому, затем к космическому, чтобы снова вернуться к самому что ни есть личному. В конечном итоге работа с персональной Тенью в значительной степени определяет наши взаимоотношения с Тенью на всех остальных уровнях.

Уильям Ирвин «Радость жизни. Философия стоицизма для XXI века»

В каждом из своих произведений Виктор Франкл исследует проблемы смысла жизни. Автор этой книги, Уильям Ирвин, предлагает поискать примеры для подражания в философии стоицизма. Его герои, философы, были людьми оптимистичными и деятельными, проповедовали дисциплину, но и наслаждались простыми радостями жизни. Не хуже, чем последователи философии гедонизма, которым их часто противопоставляют. Основной вопрос, с которым работает Уильям Ирвин, звучит так: если бы древние стоики писали руководство для людей XXI века, каким бы оно было? Эта книга – сборник психологических техник, разработанных по мотивам учения философов стоицизма. 

Вот одна из мыслей. Стоики часто размышляют о смерти не потому, что жаждут умереть, а чтобы получить максимум от жизни. Ведь если думать, что смерть от нас бесконечно далеко, велик риск растратить отпущенные нам дни понапрасну.

Проживая каждый день как последний, стоики стремятся осознать и прочувствовать всю его ценность – и тех, что последуют за ним. Тот, кто представляет свою кончину, знает, какие вещи по-настоящему ценны, и уделяет время их обретению.

К тому же, в конце концов, все мы умрем – и лучше, если наш последний миг не будет омрачен страхом. 

Митч Элбом «Вторники с Морри, или Величайший урок жизни» и Бронни Вэр «Пять откровений о жизни» 

Книги, о которых пойдет речь дальше, продолжают разговор о жизни и смерти. В трогательном романе Митча Элбома «Вторники с Морри, или Величайший урок жизни» мы знакомимся с профессором Морри Шварцем. Ему было немногим больше семидесяти, когда врачи обнаружили у него боковой амиотрофический склероз (БАС или болезнь Лy Герига), жестокое, беспощадное заболевание нервной системы. Угасание должно было стать мучительным. Но Морри принял серьезное решение, начавшее зреть в нем со дня, когда он вышел из кабинета врача, осознав, что над его головой навис дамоклов меч. Он сказал себе: «Я могу зачахнуть и незаметно исчезнуть, а могу прожить оставшееся время наилучшим образом». Он не будет чахнуть. Он не будет стыдиться умирания. Смерть станет его последним проектом, сосредоточением всех последующих дней. Так как всем предстоит умереть, его опыт может оказаться необычайно ценным. Он может стать темой исследования. Живым учебником. 

Студентом его последнего «цикла лекций» становится Митч Элбом, преуспевающий и вечно занятой спортивный журналист. Когда-то он пообещал профессору, что всегда будет на связи, однако жизнь закрутила его в воронку бесконечных дел. Однажды, бездумно переключая каналы, он натыкается на интервью умирающего профессора популярному телеведущему. Митч летит в родной город, чтобы стать последним студентом Морри. Темой уроков был смысл жизни. Преподавались на основе жизненного опыта. Отметок не ставилось, но каждую неделю был устный экзамен. На нем нужно было отвечать на вопросы и нужно было задавать свои. Учебников не требовалось, хотя тем было пройдено много: любовь, работа, община, семья, старение, прощение и в самом конце – смерть. Вместо выпускной церемонии были похороны. Выпускных экзаменов не было, но требовалось написать сочинение о том, чему ты научился. Книга «Вторники с Морри, или Величайший урок жизни» и есть это сочинение. В 1999 году на экраны вышел одноименный фильм, главные роли в котором сыграли Джек Леммон (Морри) и Хэнк Азария (Митч).  

Ставшая бестселлером книга Бронни Вэр «Пять откровений о жизни» рассказывает о самых частых сожалениях, которыми с ней, паллиативной медсестрой и последней конфиденткой, делились ее умирающие подопечные. 

Наше общество за семью замками держит смерть, практически отрицая ее. Вот почему умирающий человек, его семья и друзья оказываются совершенно неподготовленными к неизбежному. Мы все умрем, но вместо того чтобы признать смерть, стремимся скрыть ее. Мы лишь все сильнее утверждаемся в жизни через материальную сферу и загоняем страх в глубину себя. Если бы мы честно и заблаговременно приняли неизбежное, то сумели бы изменить приоритеты, пока не поздно, направить усилия на то, что в жизни действительно ценно. Даже если мы не уверены, сколько нам осталось: годы, недели или часы, – мы меньше волновались бы о том, что подумают о нас другие, и реже поддавались бы на провокации своего эго. Мы чаще прислушивались бы к сердцу, чего на самом деле оно хочет. Признание своей неминуемой смерти дает нам куда больше возможностей обрести смысл жизни и счастье в оставшийся срок.

Похожие материалы:  Секреты миллиардеров: 33 лучшие книги по инвестициям

Из всех сожалений, которые Бронни выслушала, сидя у постелей умирающих, это было самым частым: «Жаль, что мне не хватало смелости жить так, как хотелось мне, а не так, как от меня ожидали другие». Именно эта мысль огорчала их сильнее всего, потому что осознание истины пришло к ним слишком поздно, чтобы исправить положение. Но пока мы живы, мы можем взять дело в свои руки, осознать свои собственные ценности и выстроить жизнь в согласии с ними. 

Кэтрин Мэнникс «Как мы умираем. Ответ на загадку смерти, который должен знать каждый живущий» и Майкл Хебб «Поговорим о смерти за ужином. Как принять неизбежное и начать жить»

Мы боимся смерти, предпочитаем закрывать глаза на неизбежное. Во многом это связано с тем, что мы не понимаем, что такое смерть конкретно для нас. Как именно она будет происходить? Обязательно ли испытывать физические страдания? Когда мы перестанем дышать? Как все это будет ощущаться? На эти вопросы отвечает книга онколога, работающего с паллиативными больными, Кэтрин Мэнникс. 

При подготовке к родам женщины и их партнеры изучают этапы развития беременности и процесса родов. Эти знания помогают им быть уверенными и спокойными во время самого процесса. Аналогичным образом обсуждение того, чего ожидать во время смерти, и понимание, что это так же предсказуемо и обычно достаточно комфортно, сможет утешить и поддержать умирающих людей и их семьи. 

Вот что стоит знать: траектория угасания по мере приближения к смерти всегда различна. Однако часто это угасание наступает постепенно – энергии становится меньше с каждым годом, месяцем и даже неделей. Все ближе к концу – с каждым днем, и это знак того, что времени остается совсем мало. Время уходить. Время сказать все, что не успел. Иногда происходит неожиданный подъем энергии перед самым концом, что-то вроде лебединой песни. Часто это необъяснимое явление, но в некоторых случаях есть определенная причина, а иногда прилив энергии – это благословение.

Основная цель книги – познакомить читателя с процессом умирания. Кэтрин Мэнникс  сгруппировала истории по темам, начав с того, как развивается и эволюционирует смерть и как по-разному реагируют на это люди. От описания конкретных физических проявлений повествование постепенно переходит к более абстрактным понятиям, таким как человеческое непостоянство и развитие, и в конечном счете к вопросу, что наиболее важно. Умирание, как и рождение, уникально от человека к человеку и вместе с тем объединяет всех нас. Знакомясь с историями других, мы узнаем себя.

Книга Майкла Хебба «Поговорим о смерти за ужином. Как принять неизбежное и начать жить» дополняет работу Мэнникс. Он тоже предлагает честно и откровенно поговорить о том, что предстоит нам всем, даже если прямо сейчас мы еще здоровы и полны сил. Для такого обсуждения он придумал особенный формат – ужины, во время которых собравшиеся (зачастую это самые разные люди) обсуждают вопросы смерти и умирания. Возможно, впервые они открыто говорят о неизбежном, делятся страхами, понимают: в этом они не одиноки. 

Почему важно говорить о смерти именно так, в спокойной обстановке? Чаще всего мы вспоминаем, что все сущее смертно, лишь на похоронах, в больницах и в конторах нотариусов. Когда вы напуганы, подавлены, тонете в горе, то не можете искренне и глубоко говорить о смерти. И вам, и вашим умирающим близким тяжело принять взвешенные решения. 

Не стоит бояться разговоров о смерти заранее: они напоминают нам о человечности и о действительно важных вещах. От таких бесед мы становимся сильнее, мудрее и смелее. Они готовят нас к тем разговорам, которые неизбежно состоятся в минуту настоящего кризиса. Исследования говорят совершенно однозначно: честные беседы с семьей, докторами и опекунами о том, какой вы хотите видеть свою смерть, обеспечивают лучший уход, провоцируют меньше страданий и в итоге даже продлевают жизнь.  

Майкл Хебб делится советами, как лучше проводить такие разговоры. Создайте обстановку, в которой человек будет чувствовать себя комфортно и сам захочет вовлечься в беседу. Если он продолжает отказываться, задумайтесь о том, в каких выражениях вы предлагаете ему беседу. Как подступаете к теме? Может быть, вы даете понять, что, по вашему мнению, он должен  поговорить с вами? Вы действительно полагаете, что речь идет о долженствовании или же просто не совсем верно формулируете мысль? Поверьте: такая фраза не сработает, и точка.

Вам нужно избавить собеседника от ощущения, что он обязан отвечать. Примите его отказ спокойно. Сразу приготовьтесь к тому, что этой беседы будет нелегко добиться, что от вас потребуются честность, открытость, обаяние, готовность идти на риск и проявить себя с лучшей стороны. Разговоры о смерти заставляют нас обнажить самые уязвимые стороны, так что уважайте желания близких, дайте им время открыться. Проявите терпение. 

Эдди Яку «Самый счастливый человек на Земле. Прекрасная жизнь выжившего в Освенциме»

Виктор Франкл и Эдит Эгер, выжившие в страшных концентрационных лагерях, использовали свой опыт, чтобы помогать другим и развивать психологию как науку. Книга еще одного автора, пережившего ужасы заключения, представляет собой честный рассказ о жизни до, во время и после переломных событий и, не претендуя на научное изложение, помогает увидеть хорошее даже в самые тяжелые времена. Главное – всегда обращаться к свету внутри себя. 

Десятилетиями Эдди Яку даже не заговаривал о том, что пережил во время холокоста. Хотелось спрятать боль поглубже и не вытаскивать ее из памяти. Легко ли говорить о том страшном времени, если ты потерял мать, отца, всех своих тетушек и кузенов – почти всех, кого любил? Но годы шли, и Эдди Яку стал задавать себе другой вопрос: почему жив именно я, а не те, кто умер столь ужасной смертью? Возможно, сказал он себе, я выжил, чтобы взять на себя ответственность рассказать о холокосте, о том, что я тогда пережил, чтобы предупредить мир, насколько опасна бывает ненависть. Она – источник болезни, подобной раковой опухоли. Увеличиваясь, захватывая все больше пространства, она может убить твоего врага, но при этом уничтожить и тебя самого. Держаться за гнев бессмысленно. Он ведет к страху, страх – к ненависти, а ненависть – к смерти. А ведь когда-то я не хотел делиться своей болью. Но тогда я еще не понимал, что делиться надо не болью, а надеждой. 

Тилар Маццео «Дети Ирены. Драматическая история женщины, спасшей 2500 детей из варшавского гетто» и Джек Фэруэдер «Добровольный узник. История человека, отправившегося в Аушвиц» 

Эти две книги знакомят нас с героями, своим примером доказавшими, что для деятельного сострадания и героических поступков есть место даже в условиях постоянной угрозы свободе и жизни. 

Произведение писательницы и историка Тилар Маццео рассказывает о подвиге Ирены Сендлер, женщины, спасшей жизнь более чем двум тысячам еврейских детей. Вместе со своими друзьями и группой преданных соратников Ирена Сендлер проносила детей из варшавского гетто в чемоданах и деревянных ящиках мимо немецкой охраны и предателей из еврейской полиции. Она выводила детей через грязную, наполненную опасностями городскую канализацию. Она работала вместе с еврейскими подростками – часто девочками четырнадцати-пятнадцати лет. Позже многие из них храбро сражались и погибли во время восстания в гетто. И через все это она пронесла любовь к мужчине-еврею, которому она и ее друзья всю войну помогали скрываться. Она была поистине несгибаемым человеком, хотя внешне казалась всем маленькой и хрупкой. В самом начале войны ей не было и тридцати, но сражалась она с пылом и находчивостью опытного генерала, превратив множество обычных людей, прежде разделенных религией и национальностью, в преданных солдат.

Но при том что Ирена Сендлер безусловно является героиней, она не была святой. Ее натура была противоречива, и часто, помня лишь о высокой цели, она вела себя безрассудно по отношению к собственной больной матери, подвергая ее неоправданному риску. Не была она и такой матерью, которая ставила бы благополучие собственных детей превыше всего. В своем безграничном альтруизме по отношению к высшей цели она могла вести себя на удивление эгоистично. Книга Тилар Маццео – это всесторонний портрет женщины, ненавидевшей слово «героиня», но безусловно ей бывшей. 

Если вы хотите познакомить с этой историей детей, обратите внимание на графический роман Дэвида Эврара «Тысячи жизней Ирены Сендлер». 

Еще один герой Сопротивления, о котором важно знать, – Витольд Пилецкий. 

На дворе 19 сентября 1940 года, Польша, оккупированная нацистами Варшава. Немцы вторглись в Польшу годом ранее, развязав в Европе Вторую мировую войну. Гитлер намерен разрушить Польшу, ликвидировав ее квалифицированную рабочую силу. Страну охватил жестокий террор. Тысячи польских граждан – врачей, учителей, писателей, юристов (как иудеев, так и католиков) – хватают прямо на улицах, расстреливают или арестовывают. В июне немцы открыли Аушвиц, новый концентрационный лагерь для некоторых категорий заключенных. Но о том, что происходит за его забором, почти ничего неизвестно.

Человек в квартире знает об утренней облаве и о том, что арестованных, скорее всего, отправят именно в этот лагерь. Вот почему он здесь. Ему дано секретное задание: проникнуть в лагерь, сформировать ячейки Сопротивления и собрать доказательства преступлений нацистов. 

Далеко не сразу ему это удалось: руководство стран-союзниц не хотело видеть правду, а встретившись с ней лицом к лицу, не сумело сделать решительный шаг. И это был не только политический провал. Узники Аушвица тоже не осознавали масштабов холокоста, в то время как немцы превращали концлагерь из тюрьмы с жестокими правилами содержания в фабрику смерти. Они поддались обычному человеческому инстинкту – не обращать внимания, оправдывать или отрицать массовые убийства как нечто не имеющее отношения к их соб­ственной борьбе. Однако Витольд поступил иначе. Он рискнул своей жизнью ради того, чтобы мир узнал об ужасах концлагеря. 

Книга Джека Фэруэдера «Добровольный узник. История человека, отправившегося в Аушвиц» максимально подробно повествует о подвиге Витольда Пилецкого, его борьбе и обстоятельствах жизни и смерти. 

Произведения Виктора Франкла

О книгах Виктора Франкла традиционно вспоминают в тяжелые времена: в них вы обязательно найдете поддержку и силы жить дальше и справляться со всем, что подбрасывает нам судьба. 

Начать знакомство с его работами стоит с, пожалуй, самого известного произведения «Сказать жизни «Да!»: психолог в концлагере». То, что помогло выжить самому Франклу и некоторым другим узникам концлагерей, – это яростное осознание, что смысл человеческой жизни не в том, чего мы ждем от нее, а в том, чего она хочет от нас. Речь шла о жизни в ее цельности, включавшей в себя также и смерть, а под смыслом мы понимали не только «смысл жизни», но и смысл страдания и умирания. За этот смысл они боролись. Этот смысл им помог. 

В издательстве «Альпина нон-фикшн» в этом году вышел сборник лекций знаменитого психиатра «О смысле жизни». Мы публиковали большой обзор на книгу, обязательно ознакомьтесь.  

«Воля к смыслу» – работа, важная для понимания логотерапии, направления в психологии, предложенного Франклом и его коллегами. Если психоанализ Фрейда и Юнга делает упор на самонаблюдение и концентрацию человека на самом себе, чтобы выявить источники происхождения невроза, логотерапия стремится вырвать человека из замкнутого круга собственного «я» и посмотреть на его жизнь с более широкой точки зрения. Индивидуальная психология Адлера фокусирует свое внимание на «воле к власти», а логотерапия рассматривает в качестве основной мотивирующей силы человека его «волю к смыслу». В противовес Фрейду и Адлеру Франкл решил рассматривать жизнь не как элементарное удовлетворение потребностей и инстинктов и даже не как стремление «вписаться» в общество. Напротив, он (и гуманистические психологи в целом, например, Абрахам Маслоу и Карл Роджерс) верил, что наиглавнейшей отличительной чертой человека является его свободная воля.

В «Воспоминаниях» Виктор Франкл рассказывает о детстве и юности в Вене, о том, как он начинал работать в психиатрической клинике. Как он оказался в Освенциме, что помогло ему пережить ужасы концлагеря и не сломаться, вопреки всему. Именно там рождается главное осознание его жизни: людям необходим смысл. В этой работе он также полемизирует с такими популярными в то время направлениями психологии, как психоанализ и индивидуальная психология, и уточняет их влияние на логотерапию. 

Стандартное изображение
Елена Тарасова
Нон-фикшн редактор ГК «ЛитРес»