«Шансы есть»: о чём новый роман пулитцеровского лауреата Ричарда Руссо?

“Шансы есть, — мурлыкал Мики, — раз я глупо улыбнусь, когда с тобой сажусь вдвоём. Шансы есть — решишь, что я в тебя влюблён. “Джейси, — пустила она пьяненькую трель, — что нет на мне лица, когда встречаются уста, шансы есть — решишь, что это неспроста” 

«Эмпайр Фоллз» Ричарда Руссо стал одним из самых заметных литературных открытий 2019 года. На самом деле, в России роман Руссо стал известен двумя десятилетиями раньше (книга ещё получила престижную Пулитцеровскую премию). Неожиданно открыв для себя совершенно неизвестную глыбу американской литературы, читатели тут же потребовали продолжения. Следующий изданный в России роман «Непосредственный человек» порядком озадачил поклонников «Эмпайр Фоллз», получившим вместо очередной величественной саги «университетский роман» почти что с трикстерским подтекстом. Это тоже было классно, но ждали-то совсем другого.

«Третье пришествие» Руссо произошло этим летом, с действительно новым романом, и это, как сказали бы «Монти Пайтон», опять «что-то совершенно иное». «Непосредственного человека» и «Шансы есть» разделяют два десятилетия, к тому же вместо объёмной, почти что фолкнеровской «одиссеи места» у Руссо вышел довольно компактный роман, близкий скорее к изящной акварели. Впрочем, и локация соответствует: величественно-инфернальный штат Мэн сменился крохотным островком в Атлантике. 

О сюжете:

В литературе остров Мартас-Винъярд практически не засветился, но для американцев это в своём роде культовое место. Когда-то за него даже поспорили два штата, Массачусетс и Гавайи, но это было давно. А если брать историю поновее, то 32-километровый остров с виноградниками облюбовали себе как американские президенты (Барак Обама даже прикупил себе здесь постоянную резиденцию), так и киношники: здесь снимали «Челюсти» Спилберга, и в честь этого на острове регулярно устраивают акула-фесты.

Впрочем, в «Шансах есть» всё начинается задолго до Спилберга и Обамы. На остров мы попадаем в начале 1970-х: в разгаре вьетнамская война, а по «ящику» транслируется «призывная лотерея». И кто-то из студентов узнает, что настал его черёд отдавать интернациональный долг во вьетнамских джунглях.

Но это будет потом. А пока троица главных героев здесь, все молоды и влюблены. В одну и ту же девушку Джейси, и это – правильная, настоящая любовь, бескорыстная и платоническая. Все трое очень разные: умник Линкольн (с папашей по имени Вольфганг Амадей Мозер, что согласитесь, говорит о многом), музыкант Мики и закомплексованный ботаник Тедди. Короче – Атос, Портос и Арамис, к которым неизбежно должен прилагаться свой Д’Артаньян. Роль которого как раз и сыграла красавица Джесси, ставшая центром этой четвёрки.

Но в начале июня 1971-го, когда друзья отправились на Мартас-Винъярд, Джесси исчезла. Навсегда. И как планеты, лишившиеся своей звезды, трое друзей разлетелись в стороны, примерив совершенно разные судьбы: умница Линкольн занялся недвижимостью, Тедди основал маленькое христианское издательство, а Мики – ну он продолжил околачиваться там-сям с гитарой.

И вот не десять, не двадцать, а сорок лет спустя три бывших «мушкетёра» вновь встречаются на Мартас-Винъярде – вспомнить давно прошедшую молодость. А где молодость – там и Джесси, как тень, как воспоминание. Говорят, у океана нет памяти – но здесь, на острове, она точно есть. И у памяти есть имя.

Цитата из книги «Шансы есть»

Что изменилось по сравнению с двумя предыдущими романами?

Это мог быть новый неспешный опус Ричарда Руссо в стиле того же «Эмпайр Фоллз», если бы автор медитативно провёл нас через все сорок лет жизни каждого из героев. Но у «нового Руссо» моментальная фотография работает ничуть не хуже масштабного полотна: мы видим лишь то, кем были Тедди, Линкольн и Микки – и кем они стали. В какой-то момент даже думаешь, что узнал их всего за сотню страниц лучше, чем они друг друга – за сорок лет.

Из «Шансов» вполне мог получиться «приморский детектив» – в конце концов, у нас есть тайна и есть как минимум трое желающих эту тайну раскрыть. Только вот Руссо, приманивая нас «спрятанным письмом», на самом деле прячет его, по заветам Эдгара По, на самом видном месте. Лишний раз напоминая, что самая сложная загадка – внутри самого тебя, не говоря уже о друзьях и близких, которых ты, казалось бы, знаешь как облупленных.

Похожие материалы:  Почему проза Фэнни Флэгг идеально подходит для холодных декабрьских вечеров?

Можно было сделать из романа и возрастную драму об упущенных шансах – и совершенно неуместное в контексте эпохи название (взятое из сладкой песни Джонни Мэтиса 1950-х годов), казалось, намекает именно на это. Да только и здесь всё не так однозначно: 60 с хвостиком для Америки – скорее спокойная зрелость, чем пенсионное брюзжание на лавочке. И жаловаться на жизнь после Джесси под песню «Как молоды мы были» никому из троих, в общем-то, нет нужды: кому-то повезло больше, кому-то меньше, но все, в общем-то, нашли себя.

Наконец, могла получиться и драма в стиле «Истории Любви» Эрика Сигала, на которую в сюжете книги разбросано никак не меньше намёков, чем на «Трёх мушкетёров» (а заодно – и на ремарковских «Трёх товарищей», абба-мюзикл «Мамма Мия», «Форреста Гампа» – и ещё несколько десятков культовых книг, фильмов и даже музыкальных альбомов). Но сама демонстративность и явность этих намёков показывает: Руссо отлично удаётся играть со штампами, но не заигрываться в них. Не давая читателю окончательно разомлеть в сентиментальном тумане, Руссо то и дело изящно вытаскивает из кармана очередной сюрприз, сменяя лав-стори изящным сарказмом, сантименты – подчёркнутым натурализмом. И не стоит удивляться, если сладкую песенку, давшую название книге, мы слышим из уст вдрызг пьяного Мики, а сам «Шанс» через полсотни страниц оказывается именем ещё более карикатурного персонажа. 

«Короткая экскурсия в молодость»

Бродя вместе с постаревшей троицей по Мартас-Винъярду, хочется не играть в загадки, а просто выпасть из повседневной суеты, хоть ненадолго, и зависнуть здесь, среди виноградников, цикад, с видом на океан. Эдакий пикник на обочине жизни. На берегу океана, у которого нет памяти. В месте, словно застывшем вне времени, вместе с давно ушедшей юностью.

И вот здесь-то мы и находим, пожалуй, главные ключевые слова для «Шансов» – это роман о времени и памяти, о гибкости первого и причудах второго. Конечно, есть здесь и неизбежная тоска по «веку невинности», по эпохе, когда девушку можно любить, не пытаясь затащить её в постель, когда друзья были просто друзьями, а христианские книги о вечном давали не только какое-то удовлетворение, но и пусть минимальный, но заработок. Это книга о том, что человека, в сущности, не меняют ни время, ни возраст, а прошлое далеко не всегда ложится на плечи тяжким грузом. 

Роман-воспоминание, роман-ностальгия? Пожалуй. Но без сентиментального нытья. Роман о том, что каждый носит в себе одновременно и прошлое, и будущее.  И в шестидесятилетнем мужчине по-прежнему жив наивный мальчишка, и ничего ещё не кончено, не закрыто.

И всё-таки лучше не воспринимать новый роман Руссо всерьёз, выискивая какую-то глубокую философию и пытаясь запихнуть его в рамки определённого жанра. Если отпустить разум и не играть в аналитика, то окажется, что он просто красив. Как короткая экскурсия в молодость. Как чудесный остров Мартас-Винъярд. Как молодость. Или хорошая песня. 

Издательство «Фантом Пресс»

Независимое издательство выпускает около 30 новых книг каждый год. И каждая новая книга – яркая индивидуальность, каждая – со своим особенным лицом