В лучших традициях Гая Ричи и Квентина Тарантино: что объединяет творчество великих режиссёров Голливуда и новый роман Артуро Переса-Реверте?

Знаменитый испанский писатель и журналист, мастер исторических детективов, лауреат многочисленных премий по литературе вновь удивил своих поклонников. На этот раз Артуро Перес-Реверте создал лаконичную притчу, чтение которой увлекает так же сильно, как и просмотр культовых криминальных комедий. «Боевые псы не пляшут» – захватывающая история о братьях наших меньших, в которой автор поднимает вечные темы: верности, любви, дружбы, взаимопомощи и преданности

Читать далее

«Иерусалим»: cамый долгожданный роман отца современных комиксов, раскрывающий новые творческие грани Алана Мура

Его работы экранизируют, называют «образцом высокого искусства», но мало кто знает: Мур не только считается лучшим создателем комиксов в истории, но и признан «одним из самых значительных британских писателей последних пятидесяти лет». Почему именно так, и о чём, на самом-то деле, его роман «Иерусалим», который чуть меньше месяца назад впервые вышел на русском языке и раскрывает перед нами новые грани автора как прозаика, объясняем в материале

Читать далее

«Моя тёмная Ванесса»: кое-что об искусстве манипуляций

Роман Кейт Элизабет Расселл «Моя тёмная Ванесса», который окрестили «Лолитой» эпохи #metoo, спровоцировал оживлённые дискуссии, едва оказавшись на полках книжных магазинов. История отношений пятнадцатилетней ученицы с сорокадвухлетним преподавателем английской литературы мало кого оставила равнодушным. Несмотря на, казалось бы, этическую прозрачность ситуации читатели разделились на две категории. Чтобы понять, к какому лагерю себя отнести, достаточно ответить на вопрос «Можно ли назвать это любовью?»

Читать далее

«Кокон» как «Покаяние» по-китайски: чем удивит читателей многослойная сага Чжан Юэжань?

Китай – это далёкое. Чужое. Непонятное. Всё иное – язык, иные мысли, образы. Запад есть Запад – далее по Киплингу. И потому открываешь роман родом из Поднебесной с опаской – всё равно что вступаешь на минное поле. Да, уже прочитаны Лю Цысинь, Мо Янь, Дай Сыцзе, но это всё же скорее исключения: слишком много в них изначально европейского, написаны они, в том числе и с прицелом на западный рынок.Чжан Юэжань – дело иное: для Китая-то её книги не в новинку, а вот на Западе они пока ещё не прозвучали (русский – всего лишь второй язык, на который переведён «Кокон»). И что же получим мы, заглянув под плотный покров столь далёкой от нас реальности? Узнаем ли себя в персонажах или же, наоборот, откроем какой-то иной дивный новый мир?

Читать далее

«Мальчики Бёрджессы»: история одной семьи, роман лауреата Пулитцеровской премии

Пулитцеровскую лауреатку Элизабет Страут мы знаем в основном по «Оливии Киттеридж». Не последнюю роль в популярности этой прекрасной книги сыграла конгениальная экранизация с Фрэнсис Макдорманд и Биллом Мюррем. Но в романе, как это обычно и бывает, есть то, что не передать визуальными средствами. И в случае прозы Элизабет Страут – это щемящая, пронзительная тишина. Она есть во всех ее произведениях – невысказанное напряжение, недоговорённость, камерность, которая может воздействовать посильнее любого взрыва. К истории удивительной Оливии Киттеридж писательница вернулась спустя десять лет после присуждения первой книге Пулитцеровской премии – с книгой «И снова Оливия». Но Элизабет Страут – вовсе не писательница одной книги или даже одной героини

Читать далее

Допустимые пределы. Почему писатель Алексей Иванов «повторяет ошибки» Вальтера Скотта и Льва Толстого

Споры о фактологической насыщенности исторического романа и пределах погрешностей ведутся с рождения этого жанра. Достаточно вспомнить, как ко всеобщему восхищению «Айвенго» Вальтера Скотта (роман был издан в 1819 году, автор на тот момент считался вполне компетентным медиевистом) добавились академические упрёки в анахронизмах, вольных трактовках и смещениях в хронологии. В нашей стране, где минувшее постоянно становится злободневным, популярный прозаик, обратившийся к истории, едва ли не обречён на разбор полётов

Читать далее

«Жемчужина шведской литературы»: почему роман «Дамба» Микаеля Ниеми обречён стать сенсацией?

С 1983 года Микаель Ниеми издал 13 книг в диапазоне от пьес и поэм до фантастики, драмы, детектива, этнопрозы и «молодёжного романа». Прямо наш Алексей Иванов, только с турнедальским акцентом. Однако «Дамба» озадачила даже привыкших ко всему шведских поклонников Ниеми: ироничный роман-катастрофа с гигантским наводнением? В Швеции? Объясняем, чем этот роман удивит читателей

Читать далее

Правда вымысла. Что роднит таких разных писателей, как Гузель Яхина, Захар Прилепин и Леонид Юзефович

Новый роман Гузель Яхиной «Эшелон на Самарканд» начали бурно обсуждать ещё до того, как он разошёлся по рукам и был прочитан и осмыслен. Для пикировки хватило краткого пересказа сюжета: первый год по окончании гражданской войны, последний год её ужасающего последствия — голода в Поволжье; поезд с детьми-беспризорниками идёт из Казани на юг по разорённой стране, ещё объятой страхом и ненавистью. На клубной презентации романа один из гостей спросил автора: «Есть ли у вас понимание, в чём первопричина зла? И как, образно говоря, разрушить Чёрный Замок?». «Я не знаю, — чуть смущённо ответила Яхина. — Не знаю, почему случилась революция, почему война была такой жестокой. Я писала не об этом»

Читать далее

«Утопия-авеню»: почему стоит читать новый роман современного классика Дэвида Митчелла?

В марте 2021 года на ЛитРес появился новый роман Дэвида Митчелла «Утопия-авеню». Это история одной (не)существующей в 1960-е годы рок-группы (а значит, и история рок-музыки той эпохи в принципе, но об этом позже). И сразу спойлер: критиков заинтересовал не столько сюжет книги, сколько то, что она явно выделяется в ряду произведений автора. Разберёмся, что в ней особенного, и кому она наверняка понравится

Читать далее

Что побудило Дэниела Киза стать писателем, и как создавался его знаменитый роман «Цветы для Элджернона»?

Дэниела Киза никак нельзя назвать автором одной книги — на его счету ещё пять романов, в том числе и «Таинственная история Билли Миллигана», который стал настолько же знаменит, как и «Цветы для Элджернона». Но почему именно Чарли Гордон так прочно поселился в его голове, стал подобием альтер-эго писателя? Прозаик рассказывает об этом в автобиографической книге «Чарли и я», написанной еще в 1999 году. На русский язык её перевели в 2020-м, а в марте 2021-го книга появилась и на ЛитРес. Какой путь прошел писатель, прежде чем на весь мир прогремел рассказ «Цветы для Элджернона», а потом и одноименный роман?

Читать далее